Category: дача

Arthénice

Плесень на сапогах

Камера обскура, 1933

"Беллетрист толкует, например, об Индии, где вот я никогда не бывал, и только от него и слышно, что о баядерках, охоте на тигров, факирах, бетеле, змеях - все это очень напряженно, очень прямо, сплошная, одним словом, тайна Востока, - но что же получается? Получается то, что никакой Индии я перед собой не вижу, а только чувствую воспаление надкостницы от всех этих восточных сладостей. Иной же беллетрист говорит всего два слова об Индии: я выставил на ночь мокрые сапоги, а утром на них уже вырос голубой лес (плесень, сударыня, - объяснил он Дорианне, которая поднимала одну бровь), - и сразу Индия для меня как живая, - остальное я уж сам воображу".

Бунин, Муза, 1938

Все мокро, жирно, зеркально... В парке усадьбы деревья были так велики, что дачи, кое-где построенные в нем, казались под ними малы, как жилища под деревьями в тропических странах. Пруд стоял громадным черным зеркалом, наполовину затянут был зеленой ряской... Я жил на окраине парка, в лесу. Бревенчатая дача моя была не совсем достроена, - неконопаченые стены, неструганые полы, печи без заслонок, мебели почти никакой. И от постоянной сырости мои сапоги, валявшиеся под кроватью, обросли бархатом плесени.

Как-то подозрительно это сходство. Такие штуки скорее Набоков мог делать. оглядываясь на Бунина, чем наоборот, но тем не менее.