Вопрос к знатокам английского

В "Истреблении тиранов" есть фраза "Я вял и толст, как шекспировский Гамлет." Сказано вроде без подвоха (хотя у ВН никогда не знаешь наверняка). Значит, у Шекспира Гамлет не тот стройный красавец, каким его привыкли изображать?
А вот это неточность перевода. Гамлет говорит вовсе не о своей "комплекции": "But yet methinks it is very sultry and hot for my complexion." "Complexion" в ренессансной натуральной философии - это тот самый "темперамент", который определяется тем или иным соотношением гуморов в теле человека. Гамлет - меланхолик, и ему действительно неприятны жара и духота, поскольку меланхолический темперамент ассоциировался с холодом и сухостью.
Другое дело, что изначально Гамлет действительно мог не соответствовать романтическому образу "стройного красавца", - не в силу своей полноты, а, скорее, потому что елизаветинцев не слишком заботил его внешний вид. Они копали глубже.
а в хрониках он каков?
При виде такого уверенного владения материалом и языком поневоле возникает вышесформулированный вопрос... В хрониках комплекция Гамлета или какие-то явные/однозначные указания на неё встречаются?
М.б. даже стоит абстрагироваться от Шекспира и его источников - готов предполагать/допускать, что ВВ с лёгкостью мог листать/использовать не только Шекспира, постфактум переатрибутировав текст... :-)
Re: а в хрониках он каков?
Думаю, здесь следует назвать "Историю датчан" Саксона Грамматика и "Трагические истории" Франсуа Бельфоре, где Амлет неоднократно сравнивается с Геркулесом: а судя по тому, что он творит там со своими врагами, можно предположить, что у шекспировских предшественников принц был вполне атлетичным и уж одышкой точно не страдал. В тексте самой трагедии, кстати, есть довольно ироничная отсылка к геркулесовской теме, когда Гамлет говорит: "My father's brother, but no more like my father/ Than I to Hercules". Есть, однако, серьезные основания полагать, что уже у Бельфоре Геркулес воспринимается не столько как могучий античный атлет, сколько как носитель типично ренессансного по характеру качества "virtu", специфического сочетания воинской доблести и духовного благородства. В этом смысле уместно вспомнить слова Офелии о принце, в которых мотив virtu проявляется достаточно ярко: "O, what a noble mind is here o'erthrown!/ The courtier's, soldier's, scholar's, eye, tongue, sword..." Опять внешность отходит на задний план, и остается только чистое качество.
Набоков же, судя по всему, опирался все-таки на шекспировский текст.
Кстати, в свете этой дискуссии рекомендую перечитать элиотовскую "The Love Song of J. Alfred Prufrock". Набоков, кажется, не очень жаловал Элиота и прочитал его достаточно поздно, но решение гамлетовской темы в "Истреблении тиранов" и "Пруфроке" чем-то схоже.
спасибо Вам большое!
У Вас получается умнО и понятно (далеко не всем это удается) :)
и еще :)
там же, в "Истреблении тиранов": "– о, Гамлет, о, лунный олух!..."
Что бы это значило кроме красивой аллитерации? :)
Re: и еще :)
В "Потерянном Рае" Милтона есть эпизод, где перечисляются всевозможные болезни и напасти, в том числе и: "...moaping Melancholie/ And Moon-struck madness" (обратите внимание на аллитерацию!). Считалось, что под воздействием луны человек может совершать глупые и безумные поступки, и словами Милтона многие персонажи пьесы могли бы описать самого Гамлета - помешавшегося меланхолика. Вроде бы получается: "лунный" - от "лунного безумия", "олух" - "дурак/сумасшедший", и аллитерация, напоминающая о Милтоне.
Re: и еще :) - с другого, более общего конца
Нисколько не отрицая точечный милтоновский комментарий, стоит указать болеее общее символическое решение.

9/10 обсуждаемой средневековой европейской (хотя расширение рамок до индоевропейской без временных границ правильности утверждения не изменит) символики Луны связаны с физиологически-естественными, женственными/алогичными, душевно-мотивированными, ненормальными/бессознательными и болезненными проявлениями человека (возможны сложнейшие комбинаторные перестановки и подмены групп признаков оппозиционными для получения итогового вышеназванного).
Для средневековой метальности любое упоминание Луны как характеристики человека было и общеупотребимо/естественно (в интересующем нас контексте) и однозначно.
Re: а в хрониках он каков?
но если сказано "шекспировский" - не отвлечение ли это от реального исторического персонажа?
как пушкинский Сальери - не то же самое, что настоящий
Re: а в хрониках он каков?
Скорее всего отсылка идёт именно к тексту трагедии Шекспира, а не к историческому персонажу.
Re3: а в хрониках он каков?
Прискорбные у Вас представления и о ментальности/креативности писателя, и о чувстве юмора ВВ. :-)

Повторюсь, адресат и знаковая окрашенность отсылки нерелевантны, вопрос - было ли вообще к чему отсылаться. Исчерпывающий ответ jacquouille привёл нас к довольно простенькой и равновозможной дихотомии.
Re2: а в хрониках он каков?
меня интересовало наличие/отсутствие хоть какого-то прототипа для приведённой Вами формулировки ВВ.

дальнейшие уточнения-дискутирования приведут от Шекспира к совсем другим слабо разделяемым при анализе темам:
1) понятие смешного у ВВ (в компаративистике не только с очевидно-необходимым Бергсоном, но и со всем приводящимся у Бергсона синодиком - и вплоть до Аристотеля %-) );
2) внутрениий критерий небходимости серьёзности/несерьёзности высказываний автора в представлении ВВ.

Следует учесть, что 2) неинтересно рассматривать абстрактно, а не как набор контекстуально-обусловленных примеров из разных текстов, потому что в случае абстрактного рассмотрения ответ тривиально-однозначен. :-)
также complexion в современном английском используется в первую очередь в значении "кожа", "тон кожи", и никак не в значении "физическая конституция".
офф
там какая-то загадка с температурой: сначала Гамлет говорит, что здесь холодно, ветер северный (чтобы Озрик надел шляпу), а потом - "И все-таки ... жарко (для меня)"
Re: офф
А сцена с Озриком вообще очень двусмысленная: в гамлетовской характеристике придворного можно увидеть много всего - от намека на практику торговать дворянскими званиями до указания на гомосексуальные пристрастия самого Озрика. Самая очевидная интерпретация: Гамлет по-прежнему притворяется безумным и издевается над угодливостью придворного так же, как раньше издевался над Полонием ("Do you see yonder cloud that's almost in shape of a camel?../ Methinks it is like a weasel.../ Or like a whale?"); в этом случае, слова "sultry and hot for my complexion" могут говорить о том, что Гамлету не по себе в обществе жеманного и "душного" Озрика. К тому же Гамлет уже заводил разговор о ветре (южном) в беседе с Розенкранцем и Гильденстерном, которые поплатились именно за то, что не желали оставить принца в покое.
Re: офф
"Я безумен только при норд-норд-весте; когда ветер с юга, я отличаю сокола от цапли"

как раз недавно пытались вспомнить, в какой момент слово "душный" начали употреблять именно в этом значении - вон, оказывается, когда :))