"Шарлатаны..." или понимал ли Набоков Набокова?

Оригинал взят у gippodemos в "Шарлатаны..." или понимал ли Набоков Набокова?

В комментарии-послесловии к своему переводу рассказа отца "Волшебник", Дмитрий Набоков, неоправданно усложняя скрытый подтекст сцены первой брачной ночи героя, весьма обильно и витиевато пишет о предполагаемой им здесь "многоплановости" набоковского текста.

Тогда как я хочу показать, что все это многостраничное рассуждение происходит, как это обычно и бывает (сравните, напр. здесь, или здесь), из невнимания-непонимания, из незамеченных деталей и их динамической взаимосвязи.

Дмитрий Набоков не понял смысла внутреннего восклицания героя - "Шарлатаны...", и это свое непонимание представил, вполне неправомерно, как пример этой самой "многоплановости".



"Аналогичная двусмысленность, целью и результатом которой опять же является точное выражение сложного понятия, временами используется для передачи сопутствующих, но и борющихся друг с другом мыслей, пробегающих в мозгу главного героя. Как яркий пример того, что я имею в виду, позвольте мне процитировать один такой пассаж, парадоксы которого, на первый взгляд, ставят перед читателем и переводчиком одни и те же задачи, но, ежели подойти к ним, не отнимая у мысли возможности двигаться по запасному пути, идущему параллельно той ветке, что кажется главной, они вознаградят вас таким кристаллическим целым, которое больше суммы отдельных его частей; необходимая здесь открытость восприятия, которая, возможно, была бы чревата неоправданными смысловыми потерями в случае более традиционного произведения, сродни той, которая чуткому слуху помогает следить за контрапунктом Баха, или тематической текстурой Вагнера, или той, которую упрямый глаз навязывает сопротивляющемуся уму, когда их обладателю становится понятно, что одни и те же элементы хитроумного рисунка могут одновременно изображать, скажем, обезьяну, праздно глазеющую из своей клетки, и большой резиновый мяч, качающийся безнадежно далеко от берега посреди отражений заката на однообразной ряби лазурного моря".

Согласитесь, написано весьма витиевато. Но, увы, поводом к этой витиеватости послужило простое невнимание-непонимание текста.

Пересказывая сцену, Набоков младший сразу же сосредотачивается на звучащей в сознании героя теме отравления и упирается в непонятное ему восклицание "Шарлатаны...".

"Чтобы не думать о предстоящих ему ненавистных супружеских обязанностях, герой вышел побродить в ночи. Он перебрал в голове различные варианты избавления от своей вновь приобретенной, уже ненужной жены, которая многообещающе больна, но каждое мгновение существования которой держит его вдали от вожделеемой им девочки. Он подумал о яде, по-видимому вошел в аптеку, может быть, сделал покупку. (Заметьте здесь это "по-видимому вошел в аптеку, может быть, сделал покупку", тогда как в своем переводе этого фрагмента Д. Набоков буквально следует оригиналу "Then he ... entered the pharmacy" - С. С.) По возвращении он видит полоску света под дверью «покойницы» и говорит себе: «Шарлатаны… придется держаться первоначальной версии». Таким образом, можно составить следующий перечень сосуществующих идей"

И до пункта 7 "перечень" действительно отражает тематическое течение образности, но далее версии-фантазии младшего Набокова подменяют изящно скрытую, но отчетливо прочитывающуюся последовательность событий изображенную Набоковым старшим.

Дмитрий пишет:

"7. Шарлатаны – это
а) фармацевты, чье зелье он не купил;
б) фармацевты, чье зелье он купил, но не пустил в дело;
в) фармацевты, чье зелье его больное воображение, ставившее, как мы видели, знак равенства между бодрствованием и жизнью, уже подлило ей, ожидая застать женщину мертвой (под «фармацевтами» следует понимать всю систему судебной медицины, которая каким-то образом досадила ему)
г) муки совести и/или страха, заставившие его отбросить идею отравления и/или убийства вообще; или
д) надежда на чудо, позволившее ему простой силой воли вызвать ее кончину.
8. Все вышеперечисленное сливается в калейдоскопе безумного ума.

Вошел ли герой на самом деле в аптеку? Здесь, как и в других случаях, моя этика переводчика запрещает мне вносить в текст отца добавления, делающие вещи более понятными по-английски, чем они выглядят по-русски. Многоплановость, приятная недоговоренность текста являются неотъемлемой чертой самого персонажа. Если бы ВН хотел дать более точные указания на этот счет, он сделал бы это в оригинале "

Мы же покажем, что этот "ребус" имеет единственное решение и многоплановость в этом произведении если и наличествует, то не там где ее пытается представить Дмитрий Набоков:

7. Шарлатаны – это
а) фармацевты, чье зелье он не купил;

Все прочие подпункты - набоковские домыслы непонимания.

Только "зелье" которое купил и употребил герой - было не яд, а какое-то возбуждающее эрекцию средство, вроде нынешних "виагр".

Заметьте как изящно, в контексте сквозной, заглавной (и в "Волшебнике" и в "Лолите") темы роковой игры случая, перебиваются-нарушаются рациональные планы-размышления героя:

"Как было бы просто, – (размышлял он, задержавшись весьма кстати у освещенной витрины аптеки), – коли был бы яд под рукой… Да много ли нужно, когда для нее чашка шоколада равносильна стрихнину! Но отравитель оставляет в спущенном лифте свой пепел… а ее непременно ведь вскроют, по привычке вскрывать…»; и хотя рассудок и совесть наперебой твердили (немножко подзадоривая), что – все равно, даже если бы нашлось незаметное зелье, он не решился бы на убийство (разве что если совсем, совсем бесследное, да и то – в крайнем случае, да и то – лишь с целью сократить страдания все равно обреченной жены), он давал волю теоретическому развитию невозможной мысли, наталкиваясь рассеянным взглядом на идеально упакованные флаконы, на модель печени, на паноптикум мыл, на взаимную дивно-коралловую улыбку женской головки и мужской, благодарно глядящих друг на дружку, – потом прищурился, кашлянул – и после минутного колебания быстро вошел в аптеку".

То есть витрина аптеки, сначала поощряет фантастически-отравительское течение его мысли, но когда его взгляд натолкнулся "на взаимную дивно-коралловую улыбку женской головки и мужской, благодарно глядящих друг на дружку", очевидную рекламу возбуждающего средства, он очнулся от своих полу-бредовых мыслей, "прищурился, кашлянул – и после минутного колебания быстро вошел в аптеку".

И придя домой, обнаружив, что жена не спит, ждет его, и что средство не действует ("«Шарлатаны… – подумал он, мрачно пожимаясь"), выругав фармацевтов он решает отговориться мигренью.

"Когда он вернулся домой, в квартире было темно – шмыгнула надежда, что она уже спит, но, увы, дверь ее спальни била по линейке подчеркнуто остро отточенным светом.

«Шарлатаны… – подумал он, мрачно пожимаясь, – что ж, придется держаться первоначальной версии. Пожелаю покойнице ночи – и на боковую». (А завтра? А послезавтра? А вообще?)
Но посреди прощальных речей о мигрени, у пышного изголовья, вдруг, ни с того ни с сего и само по себе, положение круто переменилось, (вдруг подействовало, опять переменив намерения героя, аптечное средство - С. С.) предмет же был несущественен, так что потом удивительно было найти труп чудом поверженной великанши и взирать на муаровый нательный пояс, почти совсем закрывавший шрам".

Набоков старший был виртуознейшим конструктором подобных сцен, построенных на умолчаниях и скрывающих сюжетно значимые события, проявляемые полунамеком, окольно, проходной, с виду незначительной, деталью. Сцен обращенных к внимательности и со-творческой активности читателя. И служащих своеобразным критерием, билетом-пропуском в своеобразный мир его произведений. И, как показывает этот случай, родственные связи, знакомства и авторитеты тут не всегда помогают.
Hello!
LiveJournal categorization system detected that your entry belongs to the category: Медицина.
If you think that this choice was wrong please reply this comment. Your feedback will help us improve system.

Frank,
LJ Team
ДН, конечно, перемудрил. Но и к Вашей остроумной версии можно добавить (практически) равнозначное параллельное прочтение. «Шарлатаны», несомненно, относится к фармацевтам. В аптеку он зашёл, факт. А вот купил ли там рекламируемый афродизиак или передумал, разочарованный беседой с провизором или прочтя инструкцию (состав, противопоказания и пр.) — ? Автор не подтверждает ни того, ни другого. Однако чуть позже сообщает: «ни с того ни с сего и само по себе положение ... переменилось». Герою, заметим, мешала не физическая дисфункция, а только отсутствие желания (психологическая причина) — это вроде ясно. То есть мог, но не хотел (даже так: НЕ ХОТЕЛ — не просто «неприятная дама», а ещё и неотвратимость «платить по счёту») плюс боялся выказать второе, да вообще и первого, наверно, тоже боялся (Гумберта, небось, подобный страх не остановил, наизобретал себе катализаторов). Отчего же внезапно («ни с того ни с сего и само по себе») всё пошло не так, как он навоображал? откуда возникло желание (прочное настолько, что предмет стал не важен)? — ответ вовсе не однозначный. По Вашей версии: зелье, наконец, подействовало — да, вполне возможно, и даже очень вероятно (таки не шарлатаны! — а ждал что сразу подействует, прямо в аптеке? :). По добавочной версии (без зелья): также возможно, что уменьшился или совсем исчез страх (глаза боятся… — как когда уже дошёл и сел в кресло дантиста), всё стало казаться легче, м.б. даже она чем-то таким подушилась — короче, в психологическом сценарии, к которому он готовился, что-то пошло не совсем так, чуть сдвинулся угол зрения на ситуацию (да хоть та же босоножка зашла с чёрного хода), и заверте...
То есть в остатке имеем, так сказать, "возбудитель Шрёдингера" — то ли он был, то ли нет, не важно. Каким-то чудом смог :) Хотя, пожалуй, с зельем оно попроще, попрямее. Не было у него особо времени в аптеке зависать. Купил — выпил — в тюрьмук жене. Так что процентов 90 за Вашу версию, даже 95, но другая тоже вероятна, хотя бы в малой доле, а значит, Шрёдингер с нами :)
Офф: есть несколько буквоедских вопросов по собственно тексту (тёмные места, думаю, опечатки). Отдельным комментом задам, ок? (или даже пост соорудить?..)
> Однако чуть позже сообщает: «ни с того ни с сего и само по себе положение ... переменилось». Герою, заметим, мешала не физическая дисфункция, а только отсутствие желания (психологическая причина) — это вроде ясно. То есть мог, но не хотел (даже так: НЕ ХОТЕЛ>

Не вполне соглашусь. Он здесь НЕ ХОТЕЛ настолько, что просто НЕ МОГ. И препарат сработал фактически вопреки его сознанию - "посреди прощальных речей о мигрени", "вдруг, ни с того ни с сего и само по себе", отключив его сознание настолько, что даже "предмет был несущественен". И кстати "положение круто переменилось" - звучит именно забавнейшим физиологизмом.
Да и предложение: «Шарлатаны… – подумал он, мрачно пожимаясь, – что ж, придется держаться первоначальной версии" говорит о том, что препарат он употребил и теперь "пожимаясь" проверяет его действие.
А вообще жутковатая интонировка сцены - брачная ночь зомби с трупом

> Офф: есть несколько буквоедских вопросов по собственно тексту (тёмные места, думаю, опечатки). Отдельным комментом задам, ок? (или даже пост соорудить?..)

Имеете в виду подобную чехарду очепяток?

в издательстве "Азбука", со статьей Дмитрия:

Когда он вернулся домой, в квартире было темно – шмыгнула надежда, что она уже спит, но, увы, дверь ее спальни била по линейке подчеркнуто остро отточенным светом

в его переводе:

When he returned home it was dark in the apartment—the hope darted through his mind that she might already be asleep, but, alas, the door to her bedroom had been underlined with rulerlike precision by a fine-honed point of light.

в издательстве "Симпозиум"

Когда он вернулся домой, в квартире было темно — шмыгнула надежда, что она уже спит, но, увы, дверь её спальни была по линейке подчеркнуто остро отточенным светом

Кстати в этом издании только что заметил вполне здравый комментарий Ю. Левинга на обсуждаемую нами тему:

"теперь уже неотвратимо то самое, наступление чего он, конечно, давно предвидел…

— В сказке после брака героя ожидает важное испытание первой ночи, во время которой проверяется сексуальная сила жениха (В. Я. Пропп. Морфология волшебной сказки. Исторические корни волшебной сказки. М.: Лабиринт, 1998. С. 402–407). Преодолеть демонизм женщины и собственное бессилие жениху обычно помогает сказочный помощник, в модернизированной версии у Набокова — это эликсир для повышения потенции, приобретаемый рассказчиком в аптеке вместо яда во время ночной прогулки".

Хотя, конечно, преодоление "демонизма женщины" - не к этой ситуации:)



Edited at 2019-06-07 06:28 pm (UTC)
Да, дверь, конечно "была подчеркнута".
Ещё:
Сухощавый, сухогрубый... (часто попадается) - я тут разжилась первым изданием "Волшебника" у нас ("Звезда" 1991, № 3), здесь, слава богу, норм: сухогубый.
Но есть и другие перлы:
...должно быть, решила, что зрению, оценщику граней и игры, все видны следы ее миловидности... - всё же? ещё?
...физический облик этой женщины растворился, пропал (...) и по отсутствию был замелен формальными чертами отвлечённой невесты... - заменён?
...не люблю, чтоб меня будили», — ответила она, спустив свежегофрированную причёску... - опустив?
...положение круто переменилось, предмет же был несущественен... - уже?
Дальше пока не прочла (ужасно трудно читать с бумаги, всё плывёт :((

> Не вполне соглашусь. Он здесь НЕ ХОТЕЛ настолько, что просто НЕ МОГ.
Я именно это и пыталась сказать. Физически в норме, но голова мешает. (например, ГГ решил обмануть голову выпивкой и "аутотренингом"). Здесь, скорее, это не "эликсир для повышения потенции" (т.е. влияющий конкретно на процессы в пятой ноге), а именно афродизиак - то, что усиливает влечение (начиная с головы). Но всётки голова предмет тёмный, поэтому оставляю небольшой процент и на вероятность спонтанного кратковременного "сбоя в программе" :) Интересно, что могло бы заставить его отозваться о фармацевтах одобрительно :)
Ок, главное - никакой тут метафизики.

А вот всё же интересно - кто он был по профессии? Архитектор, астроном, ювелир?.. "политехнические годы", дело требует расчётов и "хрустальных систем", утоляет осязание, питает зрение и довольно прибыльно. Какие-то хитроумные операции, "упаковщик" (хотя последний, может, и ни при чём)...
"По счастью, у него была тонкая и довольно прибыльная профессия, охлаждающая ум, утоляющая осязание, питающая зрение яркой точкой на черном бархате — тут были и цифры, и цвета, и целые хрустальные системы",

Навскидку, мне показалось - огранщик ювелир.

А насчет "метафизики", то начало рассказа отчетливо звенит настолько глубоким и пронзительным метафизическим иносказанием просвечивающимся сквозь весь набоковский "эротический" ряд произведений, что трудно удерживаться от рассуждений на эту тему. Тем более, что то, что сейчас в набоковедении называют "метафизикой" - это лишь бледная тень действительной мысли, стоящей, в частности, за его символически-эротической образностью.
Да, подумалось "о работе с драг. камнями", приятель - золотых дел мастер ещё.
Под "метафизикой" имела в виду только домыслы ДН.
Погружаться же в иную пучину я пас :)
еще в самом конце: спектограмма (в Симпозиуме тоже).
"Оценщик граней и игры" - это, очевидно, оценщик бриллиантов (или вообще драгоценных камней).
"Оценщик граней и игры" - это глаз как инструмент.
Но камни тут явно на первом плане.
Там и дальше о профессии:

"со своей же стороны он замечал, что вот уже на его делах, на точности глаза и граненной прозрачности заключений начинает дурно отражаться постоянное качание души между отчаянием и надеждой"

Какая профессия, связанная с драгоценными камнями, требует точности глаза и граненой прозрачности заключений?
Например, огранщик. Чтобы распилить камень, выбрать вид огранки и пр. тоже необходимы заключения. Может быть, оценка тоже сюда входит, но не только.
Мне кажется, что к работе ещё может иметь отношение:
...Он знал, что хоть нелюдим, а находчив, упорчив, умеет понравиться, — в других отраслях жизни ему не раз приходилось выдумывать себе тон или цепко хлопотать, не смущаясь тем, что непосредственный предмет хлопот в лучшем случае находится лишь в косвенном отношении к отдаленной цели.

(Какие ещё у него есть "другие отрасли жизни", кроме работы?)
Действительно, это глаз, тут я не заметил.
Спасибо за заострение проблемы профессии героя, она весьма значима для понимания рассказа.

И все-таки, моя версия - огранщик.

Оценщик пассивен а перед нами явно деятельный персонаж.
Он волшебник создающий/проявляющий красоту брильянта в алмазе. То есть активный творец,
создающий новое совершенство сочетания граней. И практически и аллегорически. Планирующий создать совершенно новую этико-эстетическую гармонию отношений ( на первых страницах рассказа и размышляя в вагоне) . Соединить в драгоценном камне своей странной любви не сходящиеся грани любви эротической и отеческой.

И его профессия дана не только в конкретных эпитетах, но и просматривается в характерной аллегоричности многих описаний.

Так в конце рассказа, в последнюю ночь, отложив пока планы по кардинальному волшебству преображения реальности он как над объектом своей профессиональной деятельности склоняется над спящей девочкой. Отметьте характерные эпитеты в этой сцене:

"Завтра, конечно, начнём с азов, с продуманной постепенности, но сейчас ты спишь, ты ни при чём, не мешай взрослым, так нужно, это моя ночь, моё дело

...наплывы и растекание её светлого халатика, мешаясь с откровениями её красоты, ещё дрожали в глазах сложной зыбью, как сквозь хрусталь. Он всё не мог найти оптический фокус счастья, не знал, с чего начать, к чему можно притронуться,

Пока что, с лабораторной бережностью, он снял с кисти бельмо времени и через её голову положил на ночной столик

Так. Бесценный оригинал

...он останавливался в своем обходе, неловко накренившись над ней, невольно вжимаясь в неё зрением <...> Что мне делать с тобой, что мне с тобой...

отовсюду возвращаясь сходящимися глазами к той замшевой скважинке, как бы оживавшей под его призматическим взглядом, — и все ещё не зная, что предпринять

Тогда, понемножку начав колдовать, он стал поводить магическим жезлом над её телом, <...> он словно мерил волшебной мерой".


Кстати как продажа собственных (а не обработанных на заказ) экземпляров камней объясняется следующая не вполне понятная фраза: " Пришлось продать кое-что из собственных экземпляров".


"Эти две недели были нужны ему для устройства своих дел — с таким расчетом, чтобы по крайней мере год не думать о них, — а там будет видно. Пришлось продать кое-что из собственных экземпляров "

А так же отметьте деятельный эпитет его профессии - "утоляющая осязание".

И вот, сейчас только заметил, еще один предмет его профессии, подарок к предложению "содержимого манжеты и живого туза червей":

"он вытряхнул на ладонь из замшевого мешочка чудный неотшлифованный камешек, как бы освещенный снутри розовым огнем сквозь винную синеватость"


Edited at 2019-06-12 03:56 pm (UTC)
Насчёт демонизма. Жена - по сути та же Шарлотта (и почему-то кажется гибридом с Мартой), только повержена/одержима болезнью. При этом она неотвратимо "нависла, давит" его. Так почему бы и не демон. Демон- это дух, оседлавший человека . Есть в ней что-то гоблинское. И несмотря на сосредоточенность на себе и недуге, она, как и Шарлотта, "была как музыкант, который может быть в жизни ужасным пошляком, лишенным интуиции и вкуса, но дьявольски-точный слух которого расслышит малейшую ноту в оркестре".