раздвоение сквера

Коллеги, сложный вопрос, или я туплю. В середине первой  главы  "Дара" Федор идет от Чернышевских. "Вот, наконец, сквер, где мы тогда ужинали, высокая кирпичная кирка и еще совсем прозрачный тополь... тут же общественая уборная, похожая на пряничный домик Бабы Яги" (стр239 в симпозиумовском пятитомнике).
Кто такие "мы" и что за ужин - принято объяснять возникновением в этом месте первого мета-звоночка. Знака того, что мы читаем роман, написанный героем. "Мы" - обращение к Зине.  "Где тогда ужинали" - это ужин в конце пятой главы, когда Федор и Зина без ключей медленно бредут к дому. Единственный ужин в кафе на весь роман.  Стр 537.  Фраза, вставленная для перечитывания. Роман пошел по кругу. Все это красиво, мило и справедливо.
Но! Тот ужин проходил в сквере, описанном совершенно иначе - "Посреди бездревесного сквера, состоявшего из большого продолговатого цветника, обведенного дорожкой, цвела армия роз" . Это во-первых. Во-вторых, сквер с киркой и главное уборной подробнейшим образом описан на стр 342 например и находится В ДРУГОМ МЕСТЕ. Не у Танненбергской 7, где живет федор в первой главе, а у Агамемнонштрассе, куда он переезжает в третьей. У адреса Агамемнонштассе есть прямой прототип, Несторштрассе, 22, где висит единсвтенная в Берлине мемодоска Набокоу и где собственно был сочинен "Дар". Там все сохранилось милейшим образом, особо приятно, что хотя трамвайного парка и нет, но на его месте - автобусный парк. Уборную снесли в 2000 году, но в немецкой книге "Берлин Набокова" есть ее фото - именно около Несторштрассе (сквер называется Хохмайстерплатц).
То есть: мы имеем сквер с киркой и туалетом в двух разных местах,  а бездревесный сквер  с розами исчез. С последним ладно бы, но одинаковая кирха с туалетом в двух разных местах смущает - имея в виду скурпулезность нашего автора. То есть, может, конечно, быть так,  что на обоих адресах (Таннеберская, кстати, в отличии от Агамемнон, адрес условный) одна и та же декорация, но как-то это громоздко для Набокова. Мог он просто забыть, в каком сквере уборная? Вряд ли. Какой-то тут фокус.
Пожалуйста, передайте Александру Алексеевичу,
по поводу:

1)«намеренно амбивалентного использование местоимения «мы»» в романе. Что в своем перечислении вариантов употребления Набоковым местоимения «мы» он упустил одно забавное, хотя и вполне распространенное в русской речи употребление этого местоимения, которое, на мой взгляд, и имеет место быть в этом эпизоде, а именно: «Мы, Николай II». Ироническое величание себя во множественном числе. (Ирония по поводу своего «ужина» и уязвленной у Чернышевских "самости") И это не единственный случай подобного употребления этого местоимения в романе. Напр. сравните:
«он читал у себя, она была в столовой и изредка совершала короткие экспедиции к себе в комнату через переднюю, и при этом посвистывала, и в ее легком топоте была топографическая тайна, - ведь к ней прямо вела дверь из столовой. Но мы читаем и будем читать».
Или сурьезный Чернышевский «- вот мы и напишем батюшке о вызолоченных через огонь главах, а бабушке - о паровозе... Да, видел воочию поезд»,
«как отмечаем мы в дневнике, ибо всегда любим установить, в какой связи находится данная подробность по отношению к ее умозрительной среде».

А «пролепсисы» и «антиципации» оставим на совести «исследователей»:)

2)Кстати, уточнил бы классификацию местоимения. «Мы» не всегда просто автор или герой с читателем, иногда только с избранным читателем, «они» и «мы». «Тайный орден посвященных»
"Так развивается бок-о-бок с нами, в зловеще-веселом соответствии с нашим бытием, мир прекрасных демонов; … а моды их (медлящие на стене, пока мы проходим мимо) всегда чуть-чуть отстают от действительных"


3)И зачем разрушать «иллюзию тождества: герой=автор»? Вы хотели сказать, что «Набоков не герой», но вышло обратное (Чердынцев не автор) а ведь на этом все построено! Автор именно Чердынцев. Тогда все местоимения становятся на свои места и не плодят «открытий».
Вы пишите:
«Так, например, в первой главе романа повествователь в третьем лице описывает путь героя домой по берлинским ночным улицам и вдруг смещает точку зрения»

И отчего же «вдруг»?
Ведь уже в первых строках романа вполне обозначена структура авторства текста (не без участия того самого «мы»).

«Тут же перед домом (в котором я сам буду жить)», - проявление непосредственного авторства текста.
«подумалось (мне/ему. Плавность перехода от «я» к «он»)
мельком с беспечной иронией - совершенно, впрочем, излишнею, потому что кто-то внутри него, за него, помимо него, всё это уже принял, записал и припрятал»
- Здесь уже налицо расширение Авторского поля, преодоление субъективности, переход к со-творению. Актуализация "Авторского коллектива". Годунов-Чердынцев как автор набросков к роману, фиксирующий происходящие в ходе романа мысли и наблюдения (проявляется преимущественно как «я»), он же автор окончательной редакции, узорно оформленной, отстраненно переработанной (употребляет преимущественно «он»), Набоков – Автор самого Чердынцева и соответственно ответственен за все (тот самый «кто-то»), и в тексте собственной персоной не появляющийся (см. предисловие к англ. изд).
Отметьтьте также, что авторство биографии Чернышевского принадлежит коллективу авторов («мы», Чердынцев №1, Чердынцев №2, и сам Набоков (если это конечно не злостный рецедив высочайшего тезоименитства опять:))

Кстати, по поводу «скверов», там, неподалеку от сквера№1, (или все же в нем?) недалеко от Танненбергской улицы, «На тихой улочке за церковью, …На клумбах, вокруг статуи бронзового бегуна, роза "слава Голландии" высвободила углы красных лепестков, и за ней последовал "генерал Арнольд Янссен"…. Липы проделали все свои сложные, сорные, душистые, неряшливые метаморфозы». То есть так же как и в сквере №3 (где проходил прощальный ужин) так же «цвела армия роз» и «До дому было минут двадцать тихой ходьбы («как, где-нибудь в России, от Пушкинской - до улицы Гоголя»), и сосало под ложечкой от воздуха, от мрака, от медового запаха цветущих лип». Вот только ни статуя бронзового бегуна ни ресторан не упомянуты. Набоков утаил их или немцы постарались?:))

Впрочем, все это в свете вышесказанного не имеет никакого значения.

Re: Пожалуйста, передайте Александру Алексеевичу,
Насчет "утаивания бегуна"... Это как у бр Стругацких машина времени или еще какой прибор оживляет литературных героев и появляется голый мужчина в очках и с портфелем, например... ибо только это - очки и портфель - сообщил о нем автор. Возвращаясь к бегуну (это теоретическое рассуждение; скверы скорей всего разные, да) - писатель не может всякий раз перечислять ВСЕ, что находится в сквере и рядом