Встречи с Колетт

«Сколько же?» — спросил Федор Константинович.
Она ответила коротко и бойко, и, слушая эхо цифры, он успел подумать: сто франков — игра слов, увлекается — и рифма на копье под окном королевы.
(прочтение Бабикова)

Она ответила коротко и бойко, и, слушая эхо цифры, он успел подумать — фран<цузс>кая игра слов, „увлекается“ и рифма на копье под окном королевы. (прочтение Долинина)

Комментарий Долинина:
Зная французское арго 1930-х годов, можно догадаться, что проститутка ответила Федору что-то вроде «cent balles [pour taper dans] la glotte» ( «сто франков за минет»), и понять набоковскую игру слов. «Cent balles» по-французски произносится точно так же, как «s’emballe» («увлекается»), а «la glotte», по-видимому, ассоциируется с именем рыцаря Ланселота (ср. lance — «копье»), сражавшегося на поединке с Маледаном под окном королевы.

Комментарий Бабикова :
Проститутка сказала цену – сто франков («франков» вписано над словом «игра», и здесь, на мой взгляд, у Набокова простая игра слов: франки – это и название германских племен, основавших Францию, чем и объясняются идущие далее ассоциации Федора с «копьем» и «королевой»).


Есть ли другие варианты объяснения, откуда взялась «королева»? Мне кажется, что есть. И очень даже есть.

PS. Александр Долинин прислал два скана "кусочка с сотней мячиков/франчков":
Скан 1
Скан 2
Tags:
Re: распавшийся Фальтер - голова Ламбаль
Да, конечно, эти три фрагмента явно готовились, для какого-то единого замысла. Который пройдя сквозь камеру обскуру перемены языка и разделившись несколько по иным тематическим пластам воплотился в таких романах как "Bend sinister" и "Pale fire".
Подобным образом, например, и "Защита Лужина" органически вобрала в себя, в различных тематических ракурсах и на разном уровне глубины подтекста, оба варианта рассказа "Случайность". И незавершенный подход-набросок (который остался в черновиках, своими словами пересказанный Бойдом) и окончательную, опубликованную версию истории этого Лужина самоубийцы.

"Эрзац-библия" - Да, да. :) Только, пожалуй, лишь одна из книг этой "Библии". Зато самая живая и загадочная. Гностический праксис. Медитация на мандалу счастья.